test docs

За 41 секунду до конца шестого матча финальной серии НБА сезона-1998/99 защитник «Юты» Джон Стоктон забрасывает трехочковый и идет на скамью слушать гул трибун. Его «Джаз» ведут у «Чикаго» 86:83, и, судя по всему, это конец. В нескольких метрах от Стоктона — стареющие легенды «Буллз». Камера фокусируется на Майкле Джордане, потому что, кроме него, просто некому. В 35 с половиной лет он вынужден носиться по паркету 43 минуты за матч, иначе «Юта» их просто сожрет. Весь в поту, Майкл сидит на лавке, обернувшись полотенцем и уставившись в одну точку. Дать «Джаз» сравнять счет в серии и допустить еще один, седьмой матч на их территории — самому засунуть последний сезон великой династии в шредер и нажать на пуск.


ываываываываыа

text

Приказы


text

Группа 2


Команды выходят с тайм-аута — и Джордан сокращает разрыв до одного очка. А затем просто издевается над «Ютой» на их же паркете. Перехватывает мяч у Карла Мэлоуна, сажает обманным движением Брайона Расселла на пятую точку, зависает в воздухе и победным броском доводит до отчаяния всех мормонов планеты. Слезы Скотти Пиппена, объятия Фила Джексона и Джордана, шестой Кубок Ларри О’Брайена — самый красивый закат, который мы когда-либо видели. И солнце здесь ни при чем.
text