Думы Татьяны Лебедевой

Думы Татьяны Лебедевой

Олимпийская чемпионка в прыжке в длину, трехкратный призер Игр в тройном прыжке Татьяна Лебедева рассказала о мыслях в голове, выборах в ВФЛА и планах на будущее.

— Никакой конкретики пока нет, — сказала Татьяна Лебедева в интервью агентству «Весь спорт». – Я сейчас в такой фазе, что передо мной несколько дорог, и в каждой из них имеются свои очевидные плюсы. Сегодня я выступаю на Бриллиантовой лиге в Лозанне (Швейцария). Посмотрим, что мне позволит сделать нога, ведь всё время после Олимпиады я потратила на её лечение. Если она позволит мне продолжить сезон, то по его окончанию я уже приму какое-то решение. Сейчас Всероссийская федерация лёгкой атлетики предлагает мне работу, и затягивать с этим решением тоже не стоит – сегодня тебе что-то предлагают, а как-то будет завтра — никто не знает. Я всё это понимаю, и поэтому нужно всё тщательно взвесить. Я же ещё состою в Думе, в Волгограде, и моя депутатская деятельность будет продолжаться до 1 марта 2014 года. Мне нужно решить, стоит ли бросать всё и переезжать в Москву. Всё-таки в Волгограде у меня всё подвязано: дети ходят в школу и в садик, есть определённые связи, я знаю всех, и меня все знают. В общем, мне есть над чем подумать.

— А кем вам предлагают работать в Федерации?
— Сейчас я вице-президент на общественных началах. В ноябре нам предстоят новые выборы, и если я склонюсь на сторону работы в Федерации, то мне нужно будет выдвигать свою кандидатуру и приступать к серьёзной работе. На мне будет совершенно другая ответственность и другие требования. Прошедшие четыре года были пробными — я присмотрелась ко всему и теперь уже ясно вижу, что от меня требуется. Самое главное сейчас – решиться на перемены внутренне. Я ведь понимаю, что на свой результат-то, хотя бы на 14,50 я выйду. Я начала форсировать форму к Олимпийским играм, и теперь во мне осталось какое-то неудовлетворение. С самого начала подготовки во мне было огромное желание выйти на пик формы к Олимпиаде, а мышцы и связки к таким нагрузкам оказались не готовы. Это и поспособствовало различным травмам, которые не дали мне показать всего, что я могу.

— И все-таки в голове сидят мысли о чемпионате мира 2013 года в Москве?
— Сама во многих интервью видела, как Наталья Антюх, возможно Елена Исинбаева и Юрий Борзаковский, да и многие другие собираются закончить карьеру после чемпионата мира в Москве в 2013 году. Где-то внутри и у меня есть желание присоединиться к ним, чтобы наше поколение красиво проводили, да ещё и в родных стенах. Однако это пока мечты, и уже где-то в октябре нужно будет принимать то или иное решение. 

— А о чём вы подумали после олимпийского финала?
— После Игр я сразу хотела закончить со спортом и забросить всё куда подальше. Однако потом я отошла, и во мне всё-таки взыграло чувство нереализованности. Уже появляются мысли выдвинуть свою кандидатуру в Федерацию и попросить у них небольшую отсрочку. Всё равно ведь, из-за депутатской деятельности мне пока предстоит находиться в Волгограде, а там манеж под боком, и я смогу продолжить подготовку не форсируя форму. Не знаю, правда, насколько это реально и возможно.

— То есть при определённых раскладах сегодняшний старт в Лозанне может стать последним в вашей карьере?
— Я ещё заявлена на несколько турниров, но многое будет зависеть, от того как сегодня поведёт себя нога. Может быть, это и вправду мой заключительный старт, но я гоню от себя такие мысли подальше. Если начинаешь об этом задумываться, то очень непросто выходить на дорожку. Любой спортсмен меня поймёт. Понимать, что ты больше никогда не выйдешь в сектор очень грустно. Это каждый должен пройти, но решиться очень непросто. К тому же все ходят уходить красиво, но у великих спортсменов это получается очень редко – вспомните Сергея Бубку, Хайке Дрехслер, Арвидаса Сабониса… Многих ожидает такая же участь и это не позорно – это наша жизнь. Такая вот у нас карма.

— Может быть, вам ещё было бы обидно уйти сейчас из-за того, что на Олимпиаде результаты в женском тройном прыжке были весьма средние?
 — Я предполагала, что высоких результатов в Лондоне не будет. Думала, что 15 м – железно третье место. В итоге же оказалось, этого хватило бы даже для победы. Я сама показала очень невысокий для себя результат, но это куда лучше, чем, если бы я прыгнула, как на чемпионате России, и заняла четвёртое место. Тогда бы всяких мыслей в моей голове было куда больше. Сейчас же я отношусь к произошедшему более или менее спокойно и душераздирающих эмоций не испытываю. Да и к тому же, я всегда после больших стартов испытываю эмоциональное опустошение. Я вообще не верила, что Олимпиада для меня закончилась — столько готовилась, тренировалась, а тут раз, всё вмиг завершилось, и я уже сижу и смотрю по телевизору Игры, в которых сама участвовала. Необычно переживать подобное. Ну а потом, со временем, начинает играть чувство нереализованности, и начинаешь думать, а что было бы, если б эта травма меня не подхватила. На 15 м я сейчас уже объективно не готова, но 14,70 показать бы могла. Возможно, я ещё не набрала нужного количества стартов. Мы до последнего сидели и набирали этот объём. То есть мы пошли не через соревнования, а через тренировки, и это, может быть, тоже стало моей ошибкой. Мне просто не хватало времени! Будь у меня в запасе ещё полгода, я бы не стала устраивать такой форсаж организму и загонять саму себя в такие рамки. Из себя я выжала всё, но здоровье немножечко подкачало. 

— Зато сейчас у вас есть эти полгода, чтобы, не форсируя форму подготовиться к московскому чемпионату мира.
— У меня и у самой сидит такой внутренний интерес – действительно ли это был форсаж подготовки или у меня уже возрастные проблемки со здоровьем. Уже были такие мыслишки, о качественной неторопливой подготовке. Мол, спокойно готовлюсь к зиме, делаю три-четыре старта, а затем уже летом распрыгиваюсь на соревнованиях и подхожу к чемпионату мира в Москве. В общем, и себя проверить мне интересно, но и обстоятельств различных сейчас очень много. Во мне нынче очень много сомнений и раздумий. Вскоре мы встретимся с президентом Федерации Валентином Васильевичем Балахничёвым, и после этого разговора многое прояснится. Если он меня не отпустит ещё на год, а скажет, что пора выбирать, то мне предстоит делать серьёзное решение.