Техническая революция Тер-Ованесяна

19 Июл, 2012  |  Новости

Первый вице-президент ВФЛА, неоднократный призер Олимпийских игр и экс-рекордсмен мира в прыжке в длину Игор Тер-Ованесян рассказал о грядущих революционных преобразованиях в технике прыжка, возможностях Усэйна Болта и теннисных аналогиях.

Тер-Ованесян выступал на пяти Олимпиадах, начиная с Мельбурна-1956, а значит, двадцать лет провел на самом высоком уровне. Был знаменитым прыгуном в длину, и именно ему принадлежал мировой рекорд в тот самый день, когда Боб Бимон совершил свой легендарный "прыжок в XXI век", а затем стал выдающимся тренером. С прославленным специалистом поговорил обозреватель газеты «Спорт-экспресс» Сергей Бутов.

— Давно хотел узнать у вас: а что вообще происходит с длиной? Почему вы со своим мировым рекордом 1967 года — 8,35 — стали бы в Пекине-2008 олимпийским чемпионом? И почему Джесси Оуэнс с прыжком на 8,13 образца 1935 года занял бы второе место на чемпионате России-2012? — спросил я Тер-Ованесяна, которого весь спортивный мир знает по короткому прозвищу — Тер.

— Я сам давно спрашиваю себя об этом же, — признался Тер. — Почему в прыжках в длину в течение почти ста лет было только пять рекордсменов мира? Что тому причиной? Ну был Джесси Оуэнс, потом прыгнул Бимон, затем — Пауэлл (именно ему с 1991 года принадлежит мировой рекорд — 8,95. — Прим. С.Б.). И снова почти четверть века тишины. А еще я спрашиваю себя: а что происходит с технической точки зрения в прыжках в высоту?

— Почему в прыжках в высоту при отталкивании плечи направлены вперед, а в прыжках в длину прыгают вот так? — Тер отклонился всем корпусом назад. — Это же абсурд. Слышишь? Это — абсурд! От момента отталкивания до приземления на высоте 2,40 прыгуны в высоту преодолевают в воздухе порядка 6 метров в длину. При этом у них небольшой разбег и никакой задачи, собственно, прыгать в длину. Что это означает?

— Что?

— Может быть, я становлюсь старым, и оттого возникают странные мысли, но у меня полное ощущение, что я нарыл нечто. Как в свое время Фосбери. В прыжках в длину настало время менять саму технику. Это надо делать хотя бы потому, что с 1896 года, когда возродились Олимпийские игры, и по сей день ничего принципиально нового в прыжках не появилось.

 Когда мне исполнилось 35 лет, я вдруг понял, что могу прыгать под 9 метров. И что меня ограничивал не уровень мастерства, а установки, которые тогда существовали. Я хорошо помню, как лет в 14 по заданию тренера, писавшего диссертацию, выполнял специальное упражнение. Надо было сделать круг, разбежаться, оттолкнуться и приземлиться обратно в круг. На самом деле это не так-то просто. Для этого нужно было жестко воткнуть ногу в момент отталкивания. Установка была строго на толчковую ногу.

— А почему теперь не делать так? — он снова вскочил на ноги. — В момент отталкивания ты падаешь вперед, плечи двигаются, и в этот момент, продолжая падение и не думая о толчковой ноге, ты делаешь быстрый-быстрый мах. Спроси спортсмена: "Куда пришелся толчок?", он ответит: "А я не знаю". Правильно! Потому что это принципиально иная установка.

— Вот теннис, — в руках Тер-Ованесяна теперь появилась воображаемая ракетка. — Игра резко ускорилась, когда появились новые установки. Раньше как было принято бить по мячу? Надо подойти, сделать мах, ракетка уходила при этом назад, и плавно нанести удар. А теперь что? Они же не толкают мяч, как раньше, а хлещут по нему. Вот так! Скорость руки страшная. Звук такой — "ф-ф-фа". Я когда впервые увидел, как мелюзга на тренировке делает вот это "ф-ф-фа", не мог понять: силы-то откуда? А силы не нужны — достаточно того, что у них есть на это установка.

Моей дочери Машке сейчас 16. Она долго играла в теннис, но уже полгода в легкой атлетике. Прыгнула в длину на 5,50, практически не занимаясь. Я стараюсь работать с ней, используя новые установки. Но чтобы вывести все это на действительно серьезный уровень, за реализацию идеи должен взяться толковый практикующий специалист.

— Хотелось бы вам увидеть в секторе для прыжков в длину Усэйна Болта?

— Ха! Я заключил бы пари, на бабки. Ну, скажем, на миллион. И попросил бы несколько месяцев на то, чтобы изменить Усэйну саму установку. Убежден, что он прыгал бы очень далеко.

— А что такое очень далеко для Болта?

— Новый мировой рекорд. Ну, разумеется. Он стал бы первым человеком, который прыгнул за 9 метров. Я пришел бы с ним в лес. Нашел бы овраг, даже пропасть шириной в 9 метров. На одну сторону поставил бы Болта, на вторую положил миллион. Я бы даже сделал ему разбег на два градуса, чтобы он еще быстрее разбежался. Как он будет прыгать? Мне до одного места, как он будет прыгать. Но я совершенно убежден: человек, перед которым пропасть, не будет делать три с половиной шага перед отталкиванием, и тому подобное. Он будет прыгать зубами. Он будет прыгать — туда! Как животное. Потому что такие прыжки — это не вопрос результата. Это вопрос жизни и смерти.

Полный текст интервью:

http://www.sport-express.ru/newspaper/2012-07-11/8_1/

19 Июл, 2012, v.olkhovskiy