Хорошего было больше

Хорошего было больше

Олимпийская чемпионка Афин в метании молота Ольга Кузенкова в эксклюзивном интервью Rusathletics.com размышляла о справедливости, уважении и внешнем виде.

Если судить по вашей спортивной карьере, можно сказать, что справедливость на свете существует?
Конечно. Но вот только к олимпийскому золоту я шла довольно долго. Правда, в Афинах сомнений в том, что я наконец-то выиграю, у меня не было совсем. Я знала: если кто-то из соперниц улучшит свой результат и превзойдет меня, я метну дальше. И если надо было бы для этого побить мировой рекорд, я бы побила. Я просто «звенела» и была уверена, что могу всё. Мне кажется, символично получилась, что я взобралась на олимпийский Олимп именно в Греции. Боги были рядом.

Вы 13 раз били мировые рекорды, первой из женщин  метнули молот за 70 метров. Почему такое преимущество долго  не воплощалось в победы на главных стартах?
Во-первых, спасибо, что помните о моих достижениях даже после того, как я перестала выступать. А что касается преимущества… Никогда, выходя на старт, я не сбрасывала со счетов соперниц. Я помнила, что они тоже готовятся, что у них тоже есть амбиции. Ни разу не было такого, чтобы я вышла в сектор королевой, а всех остальных воспринимала, как статистов или мою свиту. Я всегда очень уважала тех, с кем соревновалась. Может, это и мешало мне выиграть все, что я могла. В Сиднее в голове было полно посторонних мыслей. Во время квалификации сняли с соревнований сильнейшую румынку Микаэлу Мелинте, у которой был положительный допинг-тест. Вместо того, чтобы сосредоточиться на себе, я думала о ней. А потом «рванула» Камила Сколимовская, которая уступала мне по личному рекорду 5 метров. Никому не известная польская девочка не растерялась, вышла и выиграла. Молодец. Кстати, я потом очень хорошо с ней общалась.

Кто помогал преодолевать разочарование от нереализованных возможностей?
Родители. Тогда мама еще была жива. Она всегда была оптимисткой. И, чтобы не случалось, она всегда говорила: «Ничего страшного. Все получится. В следующий раз всё будет хорошо». Это так меня поддерживало. И, конечно, очень помогал муж, он же тренер. Он очень хорошо знал мой потенциал. Перед Афинами мы отказались от большого количества стартов, копили силы, настрой. Ведь выступления каждую неделю выхолащивают, и к главному старту, который, как правило, проводится в конце сезона, чувствуешь себя просто опустошенной. А в секторе меня всегда подхлестывала злость. На себя. Ты знаешь, на что способна, а у тебя ничего не получается. Вот здесь и надо разозлиться. Таким образом, я, кстати, выиграла и чемпионат мира, который проводился после Олимпиады в Афинах. В Хельсинки я начала метать 66-68 метров. И тут меня просто разобрало. Ведь я стала олимпийской чемпионкой, я била мировые рекорды! Что же я творю?! Разозлилась и выиграла.

Вы всегда выделялись совсем не «метательной» внешность. Как удалось не набрать массу?
Спасибо родителям. Слишком большие объемы мне не присущи. Как, кстати, и слишком большая физическая сила. Но ведь метание молота – это еще и техника. А массу приходилось набирать. Ела все, часто через «не хочу», так как «боевой» вес надо было держать. Но это было нелегко. Когда чувствуешь, что на тебе что-то лишнее висит, становится некомфортно,  а потом сразу терялась скорость, а она в метании очень важна. Сейчас вешу 65 килограммов. Это теперь моя норма.
 

Вернуться в спорт не хочется?
Когда проходят какие-то соревнования, что-то меня будоражит, понимаю, что могла бы еще выступать. Каким-то оборванным получилось завершение карьеры. Ведь я отбиралась в Пекин, но на чемпионате России в силу исключительно психологических проблем не показала достойного результата, так что Олимпийские игры смотрела по телевизору. Так что какая-то обида и неудовлетворенность внутри все еще есть.

Какое значения для вас имеет «Мемориал братьев Знаменских», на котором состоятся ваши официальные проводы из большого спорта?
Это начало сезона для метателей. И на «Знаменских» ты может определить, в какой соревновательной форме ты находишься, оценить результаты проделанной на тренировках работы. И то, что ты показывала здесь, становилось отправной точкой на весь сезон. Я никогда специально к «Знаменским» не готовилась. Как правило, они попадали на завершающий этап работы. Так что происходило некоторое наложение, выступала на усталости, и показанный результат потом, как правило, улучшался. 
Есть у меня и очень радостные ощущения, связанные с этими соревнованиями, на которых я устанавливала мировые рекорды. Есть и не слишком приятные воспоминания, когда я вынуждена была выступать с очень серьезной травмой, так как «Знаменские» были отборочным турниром на Кубок Европы, и я вынуждена была выйти в сектор. Всякое бывало, но больше – хорошего.

Ирина Спасская