Погорелов: «Рома! Спасибо тебе!»

Погорелов: «Рома! Спасибо тебе!»

Бронзовый призер чемпионата мира в десятиборье Александр Погорелов рассказал, в каком виде спорта мог бы еще преуспеть, о помощи рекордсмена мира Романа Шебрле, а также пообещал скоро жениться.

 Саша!

— Подождите, дайте мне самому сказать! Сегодня я  получил то, к чему шел долгие годы. Мне — 29, с трех лет я занимаюсь спортом, куда меня привел отец, который работает тренером. Эта медаль – самая трудная и дорогая в моей карьере.  Если бы я  не выложился сегодня до конца на «полторашке»,  я бы никогда себе это не простил. Как и мой тренер,  и моя семья,  и мои болельщики. Вы знаете, я  первый раз в  жизни почувствовал  себя мужчиной,  который хорошо сделал свое дело. Теперь я точно знаю, что все это было не зря.

— То есть для вас сегодня был решающий бой?

— Это первый старт после Олимпиады, мне хотелось реабилитироваться, показать, что я  на что-то способен. Слава богу, что все получилось.

— У вас, на мой женский взгляд, неимоверно чудовищно тяжелый  вид легкой атлетики.

— Не знаю как  чудовищный,  совершенно особенный  это точно. Изматывающий марафон.

— Как для вас складывался этот марафон?

— Как и для всех десятиборцев очень тяжело.  Ну, ладно, остановки на церемонии награждения – дело привычное, но и так все шло по-черепашьи медленно, с постоянными паузами и задержками. В высоту мы прыгали три с половиной часа, для многоборья это очень много! После первого дня я успел поспать ночью буквально три часа. Мы бежали пятый вид, 400 м в 22.20, в гостиницу я приехал в полпервого ночи. Пока поел, пока меня помассировали – лег спать в два часа ночи. В полтретьего — три заснул, а уже в шесть надо было вставать и готовиться ко второму соревновательному дню.

— Как удалось восстановится?

-Не знаю, честно.  Ведь секрет успеха в многоборье не  в показании максимального результата,  а в максимальном восстановлении между соревновательными днями.  В эти дни  еда в организм не лезет, поэтому мы столько пьем! Воду, воду! Не делайте такие глаза. Воду с добавлением минералов. За день я выпил  литров десять. И все равно потерял  в весе  килограммов пять, ну может четыре. А если убрать эту воду, наверное, от меня вообще кожа да кости останутся.

— Вы за эти два дня установили несколько личных рекордов?

— Честно говоря,  личных рекордов не было ни одного, другое дело, что все результаты были  на хорошем  уровне. Стометровку пробежал хорошо, за 10,95. Лучше вряд ли было реально. Я вешу 104-105 кг, а  дорожка очень мягкая, я в ней «проваливаюсь». Та же самая проблема была и в прыжках в длину – не хватало скорости по разбегу, бежал, а стоп  не чувствовал. Результат – 7,49 м.  Ядро мог бы толкнуть дальше, но в целом получилось в свою силу – 16,65 м. В высоту прыгнул на своем уровне – 2,08. 400 метров хорошо пробежал за 50,27 – я доволен. 110 м с барьерами, если учесть, что в этом году я  бегал эту дистанцию всего два раза, получились нормально – 14,19 м. Больше всего расстроился из-за диска. Иметь личный рекорд 53 м, а на разминке запороть две попытки, бросить в сетку – это вообще непонятно. Слава богу, в соревнованиях первая попытка получилась на 48,46 м, зато в оставшиеся две запустил диск неизвестно куда. Произошла раскоординация, с которой  я так и не смог справиться. С шестом прыгнул неплохо, на 5,10 м, но над этим видом мы уже бьемся давно. По всем показателям должен уже стабильно прыгать 5,20-5,30 м, а все ковыряюсь между 4,80 и 5,10. Копье получилось не  идеально,  но в целом нормально – на 63,95 м. Ну, а «полторашку» уже  на зубах вытащил.

— Вы же терпеть не можете эту дистанцию.

— Не могу, но терплю. Спасибо Роману Шебрле, который вытащил меня на нужный результат. Перед стартом я ему сказал: «Ром,  я хочу бежать на 4.50, чтобы быть с медалью.  Он говорит: «Постараюсь тебе помочь. И свое обещание сдержал. После первого круга вышел вперед, я уперся ему в ноги, дотерпел до конца, а там уже сделал финиш. Я контролировал украинца Касьянова, и знал, что тридцать секунд мне можно проиграть, это метров сто.

— А на серебро не хотели замахнуться?

— Какое? Я только – только из травм вылез. Тело почувствовал.  За полгода до Олимпиады, зимой на чемпионате мира в Валенсии,  я порвал заднюю поверхность бедра, так обидно, потому что   готов был очень хорошо.   Более — менее быстро залечился к майскому отбору на Игры,  но там снова травмировался, в том же месте разрыв. Не такой серьезный и я продолжал тренироваться в щадящем  режиме – день тренируешься, два отдыхаешь. Пекин  прошел фактически на одной ноге. Стал готовиться к зимнему сезону, и тут вдруг глупо, просто на улице травмировал мениск. Сделал  операцию. А потом  у  Суареса личный рекорд на «полторашке» – 4.16, а у меня – 4.47  Может  теоретически я и мог пробежать 1500 м за 4.20, но практически  это нереально. 

— Изучив вашу историю болезни,  я поняла, что бронза – награда за мужество.

— Забыл сказать, у меня  в начале мая на тренировке спазмировало заднюю поверхность.  Тоже не очень приятные ощущения. Но после всех этих  злоключений я выступил  на  июньском  Кубке  Европы в Польше   и стал вторым в личном зачете. Мне  этакую уверенность в себе дало, такие силы!  Отсюда все пошло(стучит по голове). Головой я стал понимать, что способен терпеть боль и даже со всеми этими травмами набирать более-менее хорошую форму, показывать результат.  А за эту медаль  еще раз хочу сказать: «Рома! Спасибо тебе!»

— Не каждый так выложится за соперника.

— Шебрле  спортсмен,  который  реализовал себя   на 250 процентов. Самый великий человек! Он не одарен супер — физически, супер — скоростью, но Бог дал ему  невероятное  терпение,  трудолюбие,   целеустремленность. А вообще, многоборцы дружные ребята.  И если человек  на последнем виде уже не идет на результат, бежит в твоем темпе, то всегда поможет.  В душе может мы и соперники,  но  как «видовики»   друг на друга исподлобья не смотрим.  Если вы попадете на нашу тусовку, не поверите, что мы в секторе  места пилили.

— Если бы олимпийский чемпион Брайн Клэй принял участие в чемпионате, как могла быть расстановка на пьедестале?

— Спорт не знает сослагательного наклонения, но то, что в отсутствии Клэя у американцев золотая медаль говорит о многом. У них многоборцы, заметьте, сильные растут как грибы.

— Мысли по поводу обильного роста есть?

— Мысли,  конечно, есть, но высказывать их считаю некорректным. Признаю, что на данный момент они сильнее нас. Скажу одно: американцы в многоборье идут от спринта, и это, наверное, правильно. Как специалист я могу оценить, что технически Харди не идеален, более того,  как он метает диск, копье, толкает ядро…. Все  оставляет желать  лучшего. Но, он  берет свое физической формой. Девять видов из десяти у нас скоростно-силовые, и только «полторашка» идет на «терпежке». А он на барьерах, где важна техника, за счет физики и скорости  показывает отличный результат 13,86…. Завидую ему белой завистью (смеется).

— Не жалеете, что успешно начав карьеру баскетболиста, перешли в десятиборье?

— А я баскетбол не бросил. В межсезонье выступаю  в Брянске за команду высшей лиги. Для меня это классное переключение:  и голова отдыхает, и эмоции новые получаю, они очень важны, чтобы не зацикливаться на легкой атлетике. Тем более по натуре я игрок, мне нравится контактная борьба, командный дух.  Можно было  бы попасть в суперлигу, получать хорошие деньги, купить квартиру. А не  жить в общаге как  я. Но каждый из нас делает свой выбор,  и я о нем не жалею. У меня сейчас прекрасный  тренер Лободин Лев Алексеевич, мы с ним почти ровесники, вместе тренировались. Я  без излишней фамильярности обращаюсь  к нему на «ты»,  но по отчеству – Алексеич.  Он притерся ко мне, я  к нему, успешный тандем. А еще  со мной работает отец, тренер из Брянска Шевцова Наталья Михайловна и Родион Гатауллин помогает на тренировках с шестом.

— Так получается не тандем, а команда.

— Команда профессионалов,  нацеленная на высокий результат. Благодаря Алексеичу  я только в этом году понял, что надо получать удовольствие от соревнований.  Раньше я шел от вида к виду, сделал  что-то плохо, начинал расстраиваться, грызть себя, хорошо сделал – впадал в эйфорию. Заводился на ровном месте.   Сейчас я со спокойным удовольствием прохожу весь «марафон» и  психологическая устойчивость приносит очки.

— Но перед стартом на 1500 метров у вас уже не было ни сил, ни эмоций, ни спокойствия.  Только тяжелый  застывший взгляд  неимоверно уставшего человека.

— Ну нет. Сил точно не остается, усталость давит, а эмоции бушуют.  Это как перед очень ответственным экзаменом, от которого зависит вся твоя жизнь. Ты делаешь шаг, а не знаешь, что тебя ждет.  Внутри все дергается. Думаешь: «Ну, может зря я, куда я полез? Может, не бежать вообще? Ну, его все к черту?» Тебе и пить хочется, и в туалет, и бежать, и стоять. Мысли, чувства  раздирают. Хочется крикнуть во все горло: Помогите!!!!» А на финише проваливаешься  в черную пустоту. Все, ты сделал это!

— А что еще не успели сделать?

— Жениться! Но это исправимо. В сентябре  свадьба и  будем работать над продолжением династии (смеется). А  я до конца не реализовался, только начал. Так что со счетов меня не списывайте!

Валентина Красных специально для Rusathletics.com