Евгений Лукьяненко-Брэд Уокер: дуэль шестовиков на шестиметровой высоте 6 сентября

Евгений Лукьяненко-Брэд Уокер: дуэль шестовиков на шестиметровой высоте 6 сентября

Серебряный призер Олимпийских игр в прыжке с шестом, чемпион мира в помещении 2008 года Евгений Лукьяненко станет одним из главных действующих лиц предстоящих 6 августа в Лужниках соревнований «Вызов России». Его соперником в дуэли станет американский прыгун, чемпион мира 2007 года Брэд Уокер. Оба атлета имеют в своем активе в этом году прыжки выше шестиметровой высоты (6.04 — у Уокера, 6.01 — у Лукьяненко).
Уокер прибывает в Москву сегодня, а Евгений прилетел в Москву после победного выступления на соревнованиях Гран при в Лозанне еще 3 сетнтября. Тогда же он дал интервью корреспонденту информационного партнера соревнований «Вызов России» газеты «Спорт-экспресс» Лине Холиной. Часть этого интервью мы публикуем на сайте Rusathletics.com.

— Какое настроение после Олимпийских игр?

— Очень приподнятое! Кругом одни плюсы.

— Это достижение — олимпийское серебро, как-то повлияет на вас в плане уверенности, амбиций?

— Естественно. Человек, у которого есть такое достижение, чувствует, что утвердился в спортивном мире как личность. Что касается турнирной борьбы, то если соперник опытный, ему все равно кто ты такой и есть ли у тебя за спиной медали. Молодых, естественно, психологически задавить регалиями можно. В каждом турнире ведь присутствует элемент психологической борьбы, тактическая игра с высотами — ты пропускаешь, соперник прыгает, и наоборот. Все это давит. А вот если ты с третьей попытки высоту все-таки взял, тут соперник может пошатнуться.

— Может, расскажете, какие ощущения у вас были перед пекинским финалом, и как все сложилось в итоге?

— Я предполагал, что если взять 5,90, то соперники почувствуют себя неуверенно. Я же знаю Стивена Хукера — он человек психологически не слишком устойчивый. Американец Бред Уокер, напротив, в плане психологии силен, а австралиец может и слабину дать. Но это все верно лишь в том случае, если высота для спортсмена уж очень сложна, здесь вступает в свои права психология. Если же твой соперник легко может взять высоту в физическом плане, то тут о психологии говорить нечего.

В Пекине были, действительно, сложные климатические условия — влажность, температура. Кроме того, честно говоря, не в самой лучшей своей форме я к этому турниру подошел. Бороться было трудно. Медаль эту серебряную я взял, что называется, зубами.

— Когда стало ясно, что у вас серебро, появилось ли ощущение, что основное дело сделано?

— В какой-то степени да. Олимпийский турнир был разбит на этапы. Сначала прошел квалификацию, подумал — уже хорошо, потом, когда в финале попал в тройку — вздохнул поспокойнее, ну, а потом уже пошла борьба за победу. Возможно, это и не правильно, когда спортсмен по ходу дела думает — ура, я в тройке, а значит у меня уже медаль, — ведь в этот момент он успокаивается. Наверное, правильнее от таких мыслей отрешиться и бороться за золотую медаль. У каждого — по-своему. На зимнем чемпионате мира у меня ведь как было: в какой-то момент я понял, что бронза у меня в кармане и обрадовался, выдохнул — ух, здорово, потом появилось серебро, и я подумал — ну все, вот венец моей карьеры, а потом бах — и золото.

— Теперь венец карьеры — олимпийское серебро?

— Думаю, останавливаться нет резона. Если же брать из достижений на данный момент, то это серебро — моя самая-самая дорогая медаль. И победу на зимнем чемпионате она, конечно, затмила.

— Есть спортсмены, которые говорят, что никакая медаль, кроме золотой, для них не существует, другие считают, что и выход в финал такого крупнейшего турнира, как олимпийский, уже большое достижение. Вы какого мнения придерживаетесь?

— Это все лукавство, когда люди говорят, что только золото имеет значение. Разве нет разницы, когда выбор стоит так — серебро или ничего? У меня именно так и могло получиться — я ведь только с третьей попытки взял начальную высоту… Поэтому, знаете, все рассуждения об исключительной ценности золота — это все только слова.

— Ну а что же такое, действительно, случилось у вас на начальной высоте?

— Погодные условия были… лихие! Выхожу я прыгать, а ветер мне бьет прямо в лицо, выходят соперники — все в порядке. И так три раза!

— И как же вы тело свое через планку перекинули?

— (Смеется.) Две попытки ведь не впустую прошли.

— Насколько сложными в плане нервов были Игры?

— В идеале к крупнейшим соревнованиям надо относиться, как к обычным, рутинным. Когда ты попадаешь в особо наэлектризованную атмосферу, а в Пекине ажиотаж был огромный, что-то нереальное на стадионе творилось, надо стараться справляться с нервами, гасить в себе волнение. Олимпиада, поверьте, не сравнима ни с чем. Чемпионат мира и рядом не стоял.

— В какой момент своей карьеры вы поняли, что можете прыгать по- настоящему высоко?

— Не знаю даже… В любом случае, для этого лет 13 пришлось заниматься прыжками с шестом. На самом мне еще в самом начале говорили, что я будущий шестиметровик, считали, что если буду работать, то такие прыжки придут. Вот сейчас виден результат — 6,01 в этом сезоне.

— Скажите, как человек уже прыгнувший «туда», почему так мало спортсменов на это способны? Ведь уйма людей занимается прыжками с шестом?

— Занимается, действительно, много народа, но правильно ли они это делают? Мы с моим тренером дошли до нынешних результатов постоянно экспериментируя. Все ведь раньше говорили, что Евгений Викторович Грипич — детский тренер. То есть может воспитать только до 5,40-5,50. Мы доказали, что это не так. Если не всех, то многих переплюнули. Оказалось, что детский тренер не по-детски может тренировать!

— Вы говорите, что много экспериментировали. В чем?

— Да во всем! Был момент, когда работали на очень высоком хвате. Длина шеста 5,10 м, так я держался за 5-5,05. Проблемы сделать такой хват не было, но вот с прыжками была — не мог я поймать движение, что-то непонятное происходило. Как об стенку я бился, не получалось. Знаете, есть такая своеобразная формула — если взять шест на 5,05, пробежать с такой-то скоростью, то итоговый прыжок будет таким-то. Это теория, но за счет силы и техники можно сделать даже большее. Потом мы все-таки отказались от высокого хвата и у меня пошли совершенно другие прыжки — и техничные и высокие. Это было года 4 назад.

— Но результаты ваши сильно пошли в гору только в последний год.

— Да. И очень много еще есть резерва. Да в том же хвате — я ведь стал старше, опытнее — в разбеге, в шестах. Есть к чему стремиться. Вот когда 6,01 прыгнул, то понял, что и это не предел — пролетел-то с запасом. Ведь для того, чтобы показывать большие высоты, нужно специально планировать сезон. Наверное, не нужно делать много коммерческих стартов, потому что выступления, разумеется, дают усталость. Я, конечно, еще новичок, и только этим летом стал серьезно ездить на коммерческие старты. Уже понимаю, что это такое, все знаю, теперь нужно только правильно построить подготовку, подходить в наилучшей форме к нужному старту.

— Вернемся к 6,01. Как это было?

— Сделал все правильно, как учили. Прыг… Поднимаю глаза наверх, а планка стоит (смеется).

— Огромное количество людей не доходит до 6 метров, довольно небольшая группа спортсменов прыгает немного за 6 и совсем никто сейчас не может прыгнуть на 6,10. В чем дело? Это невозможно?

— Нет ничего невозможного, нужно желание. Возьмите Елену Исинбаеву. Да к ней даже близко никто приблизиться не может. Почему? Талант. Вот Усэйн Болт и его рекорд на 200 метров. Стоял этот рекорд и казался непоколебимым, но нашелся человек, которому от природы многое дано.

— А может быть в шесте многих сдерживает магия 6 метров?

— Ой, если на этом заострять внимание, то вообще ничего не прыгнешь. Почему, например, вместо 6 метров не начать думать, например, о 6,20?

— Вот и я о том.

— Я стараюсь об подобных вещах не думать. Я прыгаю. Когда на турнире в Быдгоще планка стояла на 6,01, я не раздумывал, просто разбежался и сделал все, чему учили. После того, я уже на соревнованиях ставил планку на 6,06. Короче, начал эту высоту щупать.

— Чувствую, что вы смотрите в будущее с мыслями о прыжках за 6 метров. Чего же для этого не хватает лично вам?

— Что нам с тренером необходимо, так это спортивная база в нашем городе Славянске. А пока… Придумываем что-то, подкладываем резину, делаем то одно, то другое, разбег — вообще чуть ли не из-за угла… Вот из-за этого мы и на сборы постоянно мотаемся. Я не спорю, перед чемпионатами мира, Олимпийскими играми они очень нужны для акклиматизации, в остальное же время, наверное, лучше готовиться дома, но… А ведь мне-то и манеж не нужен — нужен просто хороший кусок дорожки метров в 70 для разбега. Я бы тогда только там и тренировался!

— А на тренировках высоко прыгать пробуете?

— Нет. Нет того куража, того всплеска эмоций, которые необходимы. Тренировка — это рутинная работа по отработке техники. Сейчас это происходит на высоте 5,80-5,90. До этого сезона я прыгал 5,70 и считал, что все отлично. Да и нынешний сезон начал с 5,60 — прыгал в Сочи с 14 шагов. Мне тренер сказал — давай будем с разбегом работать постепенно. Даже в Берлине на «Золотой лиге» я прыгал с 14 шагов и улетел в итоге на 5,85. Когда я там отмерял свой разбег, а у всех остальных он начинался метрах в десяти позади, ко мне подошел Денни Эккерт и говорит: «14 шагов? Ну, ты сумасшедший, когда же будет 16»? Вот постепенно вышли к концовке сезона на 18-ть. И поэтому еще я называю этот сезон экспериментальным — впервые начал прыгать с 18 шагов.

— Получается, что свой результат вы с тренером сделали всего за несколько месяцев?

— Получается, да. Но шли мы к этому давно. Искали свое, нашли и как плотину пробило — пошли результаты. Кстати, тренер Хукера еще до Олимпиады говорил, что борьба пойдет между Стивом, Уокером и мной. Причем на высоте 6,05.

— Кстати, об Уокере. Как же так получилось, что он даже в финал не попал?

— С любым может такое произойти. Перегорел, ночь не спал, волнение — на него ведь уже до Олимпийских игр вешали золотую медаль. Или, может, человек просто слишком расхлябанно подошел к выступлению. Много он наговорил в прессе. Вот в Лондоне объявил, что золотая медаль, мол, у меня, а вы, ребята, можете расслабиться. А вышло так, что в Пекине в квалификации он 5,65 поставил и не взял. Там полстадиона рот открыло…

______

Соревнования «Вызов России» пройдут на стадионе Спортивного городка (Детский городок) олимпийского комплекса «Лужники» 6 сентября с 17 часов 30 минут.