Светлана Феофанова: «В моем окружении нет людей, которые душат и давят»

Светлана Феофанова: «В моем окружении нет людей, которые душат и давят»

Многократная чемпионка и рекордсменка мира, серебряный призер Олимпиады в Афинах Светлана Феофанова с результатом 4 м 75 см первенствовала 31 июля на чемпионате России в Туле, последовательно с первых попыток взяв прежде высоты 4,50, 4.60 и 4,70. После соревнований она заявила Rusathletics о том, что уже сегодня потенциально готова прыгать на 480-490, а также о том, что не собирается завершать свою карьеру после Олимпиады в Пекине.
— До сих пор ваши результаты в сезоне не были столь впечатляющими…
— Чемпионат мира начнется 25 августа. Так зачем же было начинать форсировать форму в мае или июне? Для меня и моего тренера Евгения Бондаренко весь сезон смещен на август-сентябрь. Сегодня передо мной стояла одна задача – выиграть. И по возможности показать нормальный результат. Пока это мой лучший результат в сезоне и я надеюсь, что смогу прыгать выше.

— Не помешал ли вам дождь сделать его еще более высоким?
— Думаю, нет. Дождь – обычное для тульских чемпионатов России явление. Разве что дорожка была мокрая…Но борьба с Юлией Голубчиковой (4 м 70 см) и Татьяной Полновой (4 м 55 см) была интересной.

— Вы готовы к липкой японской жаре?
— Действительно, в Японии совершенно иной климат. Там нас ожидает стопроцентная влажность, и это обстоятельство чревато всякими последствиями. Помню, как мы ездили в Японию на сбор перед Олимпиадой в Сиднее, так вот, на улицу как только выходили, моментально становились мокрыми от пота. Как с этим бороться? Будем решать.

— Какую планку вы ставите для себя на чемпионате мира?
— Как минимум – 5 м 20 см. А максимум — метров шесть. Если серьезно, то последние года четыре я никогда ни на что не рассчитываю. Просто работаю и стараюсь делать свое дело. А что из этого получится? Результат покажет, добросовестно я его делаю или же нет. После олимпийского сезона планов было очень много, очень хороша форма была, рассчитывала на очень хорошие результаты. А получилось то, что получилось. Травма и все планы рухнули.

— Вы, можно сказать, стали родоначальницей мировых женских прыжков с шестом. Именно ваши рекорды и победы привлекли к этому виду огромное внимание. Вы осознаете это?
— Действительно, в свое время я установила десять мировых рекордов, что привлекло внимание публики к женским прыжкам. Тем более этот момент пришелся на период, когда прошел пик Сергея Бубки. Он закончил, и больше не было ярких побед в шесте. А тем более ярких рекордов. По большому счету, после ухода Бубки надо было обнулить все мировые рекорды. Потому что именно Бубка изменил правила в прыжках с шестом. Он изменил планку с квадратной на круглую, длину «усов» — с 5 см на 3 см, на которых она стоит, время разбега – с двух минут до одной. А уж когда он дошел собственно до длины разбега, чтобы его укоротить, шестовики всего мира взбунтовались и написали коллективное письмо в ИААФ с просьбой обнулить мировые рекорды. И на разбеге все остановилось. Разбег трогать не стали, но и рекорды не отменили. Свои рекорды я уже по новым правилам устанавливала. Хотя мне пришлось с одних правил переучиваться на другие. А что касается планки, то, как говорится, прыгая, просто не надо ее задевать.

— Чемпионат в Осаке – каким станет по счету в вашей карьере?
— Третьим всего лишь. Чемпионат мира 2005 года в Хельсинки из-за травмы я пропустила.

— Как вы считаете, насколько сильно смена тренера влияет на достижения спортсмена высокого уровня?
— Я понимаю, о ком вы. Не факт, что этот момент никогда не доводит до добра, как считают многие.

— Приведите пример.
— Не могу… Впрочем, в свое время Бубка тоже тренера поменял. Нет, я никого не оправдываю. В конце концов, это личное дело каждого. Значит, Лене так было нужно, и ей, когда она сменила тренера, стало спокойнее. Собственно, это только ее решение. За которое только она будет отвечать. Но никак не мы с вами. Мы можем только смотреть со стороны.

— Когда вы ехали в Тулу, вы готовы были показать 4,75?
— Вполне. Только надо было в первую очередь по технике прыгать нормально. А у меня, признаться, то и дело в последнее время какие-то неувязки с техникой наблюдаются. Проблемы, иначе. Бывает, не складываются прыжки. Но вот до 4,75 м сложилось. И Нормально.

— В каком случае вы уедете из Осаки удовлетворенной?
— Если сумею показать и хороший результат, и завоевать медаль.

— На какой результат вы готовы теоретически?
— Реально от 4,80 до 4,90 метра.

— А что мешает перевести теорию в область практики?
— Все понемножку – одно, второе, третье. Иногда бытовые какие-то дела. Как обычно, ничего идеального в жизни не бывает.

— Олимпиада в Пекине, и — все?
— Чего это все-то? Олимпиада, Пекин и снова Олимпиада…

— Кого из молодых вы считаете наиболее перспективными своими последовательницами?
— Честно говоря, не смотрела соревнования и судить не берусь. Сегодня одни выстреливают, завтра – другие…

— А вы, Исинбаева остаетесь…
— Еще Моника Пырек.

— Как сама себе вы объясняете свое долгожительство в спорте высших достижений?
— Правильным подходом, наверное. К своему здоровью, в первую очередь. К психике. Притом, что к помощи профессиональных психологов я никогда не прибегала. Мы сами себе – психологи. Я убеждена, что спортсмен не должен допускать вмешательства посторонних в свой внутренний мир. Главное, чтобы близкие люди тебя поддерживали.

— Бывает, что близкие не всегда только поддерживают.
— В моем окружении нет таких, которые меня душат и давят.

Ирина АННЕНКОВА